Fiscalitatea mazililor și ruptașilor din Basarabia sub regim de dominație țaristă (1812-1847)
Închide
Conţinutul numărului revistei
Articolul precedent
Articolul urmator
312 9
Ultima descărcare din IBN:
2019-06-27 13:09
Căutarea după subiecte
similare conform CZU
94(478):316.3 (1)
Istoria Moldovei. Republica Moldova (10)
Structură socială. Societatea ca sistem social (375)
SM ISO690:2012
TOMULEŢ, Valentin. Fiscalitatea mazililor și ruptașilor din Basarabia sub regim de dominație țaristă (1812-1847). In: Tyragetia. Serie nouă. 2014, nr. 2(23), pp. 79-96. ISSN 1857-0240.
EXPORT metadate:
Google Scholar
Crossref
CERIF
BibTeX
DataCite
Dublin Core
Tyragetia. Serie nouă
Numărul 2(23) / 2014 / ISSN 1857-0240 /ISSNe 2537-6330

Fiscalitatea mazililor și ruptașilor din Basarabia sub regim de dominație țaristă (1812-1847)

CZU: 94(478):316.3
Pag. 79-96

Tomuleţ Valentin
 
Universitatea de Stat din Moldova
 
Disponibil în IBN: 26 februarie 2015


Rezumat

In the present study, without resorting to a broad historical analysis, we consider two categories of privileged population – the mazili and ruptaşi and identify the changes in their social status and the fiscal imposition under the Tsarist rule. Analysis of unpublished archival documents allows us to conclude that mazili represented a social category and ruptaşi – a fiscal one, both of which were inherited by Bessarabia from the Principality of Moldavia For many years they were forced to make significant efforts to confi rm the titles and tax and social status they had before the annexation of the region to the Russian Empire. Although mazili enjoyed certain privileges, imperial administration did not accepted them and did everything possible to suppress this social category, seeing them as a national bourgeois element (national rural bourgeoisie). Tsarism tried to promote the policy begun by Constantine Mavrocordatos, which aimed at limiting the number of privileged social groups, particularly those that did not come from the aristocracy, which, at that time, mazili and ruptaşi were part. These measures were in line with the Russian imperial policy of liquidation of local peculiarities and of social and administrative unification of the newly annexed province. Eventually the rights of mazili were limited; they were required to perform certain duties and pay taxes along with other categories. This becomes evident in the tax censuses, during which mazili and ruptaşi were required to present documents confirming their social and fiscal status. Despite this, the tsarist government used the services of mazili. Due to the special personal qualities – honesty, skills, knowledge, impeccable behavior and ability to cope with any situation, mazili were attracted to different services they were proud of, considering it their privilege. They enjoyed prestige among the local population, and in the case of riots they at the request of the authorities were able to eliminate them without bloodshed. Archival documents show that Russian imperial administration has taken concrete steps to limit the rights and privileges of mazili and ruptaşi in Bessarabia, placing them at the lower levels of the hierarchy – fi rst in the category of odnodvortsy (single homesteaders) and later – in the category of free peasants. As a result, some of them due to lack of documents or because of any violations committed by them were transferred to the category of peasants , while others collapsed and were included in the other categories, related with the peasantry. Nevertheless, mazili continued to retain their distinctive social and spiritual features, even after their transfer to the category of odnodvortsy in 1847.

Не прибегая к широкому историографическому анализу, в данной работе мы рассмотрим две привилегированные категории населения – мазылов и рупташей, и выявим изменения, произошедшие в их социальном статусе и налогообложении в условиях царского режима. Анализ неопубликованных архивных документов позволяет сделать вывод, что мазылы представляют собой социальную категорию, а рупташи – налоговую, обе были унаследованы Бессарабией от Молдавского княжества. На протяжении многих лет представители этих категорий были вынуждены прилагать значительные усилия для подтверждения титулов и социального и налогового статуса, которыми они обладали до аннексии этой территории Российской Империей. Хоть мазылы и обладали рядом привилегий, имперская администрация сделала все возможное, чтобы устранить их как привилегированное сословие, видя в них национальный буржуазный элемент (т.е. рассматривала их как национальную сельскую буржуазию). Царизм пытался проводить политику, начатую еще Константином Маврокордатом, по ограничению количества привилегированных социальных групп, особенно тех, которые не происходили из аристократических кругов, к которым в то время принадлежали мазылы и рупташи. Эти меры совпали с проводимой имперской политикой ликвидации местных особенностей социального управления и административной унификации на аннексированной территории. Мазылы постепенно лишались административных и хозяй- ственных функций, а также своего социального статуса. Со временем права мазылов были ограничены; они должны были выполнять некоторые повинности и платить налоги наряду с другими категориями. Это становится очевидным во время налоговой переписи населения, когда мазылы и рупташи были обязаны предоставлять документы, подтверждающие их социальный статус. Несмотря на эти ограничения, царизм все же прибегал к услугам мазылов. Благодаря особым личностным качествам – честности, мастерству, знаниям, безупречному поведению и способности справиться с любой ситуацией, которые отличали мазылов от других сословий, мазылы привлекались к работе в различных отраслях, чем они гордились, считая это своей привилегией. Они пользовались авторитетом среди местного населения, и в случае беспорядков они, по просьбе властей, устраняли их без кровопролития. Архивные документы свидетельствуют о том, что царская администрация предпринимала конкретные меры по ограничению прав и привилегий мазылов и рупташей в Бессарабии, разместив их на нижних ступенях иерархической лестницы – вначале включив в категорию однодворцев, а позднее – в категорию свободных крестьян. В результате некоторые из них, из-за отсутствия документов или из-за каких-то совершенных ими нарушений, были переведены в категорию крестьян, другие же распались и вошли в состав других категорий, близких к крестьянству. Тем не менее, мазылы продолжали сохранять отличительные социальные и духовные особенности и после их перехода в 1847 году в категорию однодворцев.